После развода Марина шесть лет жила сама по себе. Первое время ей было хорошо. В субботу можно было проснуться, поваляться и решить за завтраком, чего ей сегодня хочется. Она работала в проектной фирме, иногда засиживалась над расчётами допоздна. Летом ездила к Лене на дачу, встречалась с друзьями, иногда выбиралась в театр. Бывало, покупала билет за месяц, а в день спектакля уже мечтала поскорее оказаться дома. Бывало и наоборот. После одного спектакля они с Леной проспорили до самого метро, а Марина потом ещё дома полезла искать пьесу.
Мужчины за эти годы у неё были. С одним они виделись несколько месяцев. Ей нравилось с ним ужинать, нравилось, как он целовал её на прощание. Но стоило ему спросить, что она делает в субботу, как у неё уже находились планы. Иногда она и правда обещала Лене приехать. Иногда ей просто хотелось провести субботу дома, в тишине. За неделю она уставала, а к воскресенью только начинала чувствовать, что отдохнула. Когда они перестали видеться, она даже немного обрадовалась, что больше не надо ничего согласовывать.
Потом Марина и сама стала реже куда-нибудь выбираться. То Лена сидела с внуком, то другая подруга уезжала к матери, то Марина в пятницу приходила с работы и думала, что завтра ей хватит и прогулки до магазина. Одной она гулять умела. Просто всё чаще оставалась дома.
В ту субботу она всё-таки позвала Лену пройтись по центру. Лена не смогла, и Марина поехала одна. У воды дуло, она свернула во двор, где из подвального окошка пахло свежим хлебом. Спустилась, взяла кофе и булочку с маком.
За соседним столиком мужчина разломил такую же булочку пополам и подвинул половину женщине. Та сказала, что вообще-то хотела только кофе, и сразу откусила.
Марина улыбнулась, а потом ей вдруг стало грустно. Она достала телефон, по привычке пролистала переписки и положила его обратно на стол. Уже давно ей никто не писал в субботу утром «Ты проснулась?». И она сама давно никому такого не писала.
Она доела булочку, вышла во двор и остановилась, застёгивая пальто. Можно было вернуться к воде, можно было уже идти к метро. И тут ей захотелось, чтобы рядом кто-нибудь спросил, куда они дальше пойдут. Ей самой было бы интересно, что он предложит. А в другой раз она бы отвела его сюда за булочкой. Или они бы нашли ещё какое-нибудь место и потом говорили друг другу «Пойдём туда, где мы тогда от дождя спрятались».
Вечером Марина открыла сайт знакомств. Выбрала фотографию, которую Лена сделала летом на даче, и долго сидела над полем «О себе». Написала, что работает в проектной фирме, любит гулять по городу и иногда выбирается в театр. Подумала, что для начала хватит, и нажала «Сохранить».
Олег написал ей через несколько дней. На фотографии он улыбался так, что Марина сама улыбнулась. Они немного попереписывались и договорились выпить кофе. Олег узнал её у входа в кафе, встал из-за столика и задел коленом стол. Они оба засмеялись. Марина ещё подумала, что зря полдороги придумывала, как поздороваться.
Олег работал в такси. Марина спросила, ездит ли он по выходным. Он сказал, что в прошлую субботу ездил только к родителям. Она спросила, часто ли он у них бывает. Тут Олег рассказал, как отец полез на сарай чинить крышу. Ему семьдесят восемь. Звонит Олегу оттуда, просит матери не говорить. А мать у Олега за спиной стоит. Это она его и вызвала, чтобы отца с крыши снять.
— И снял?
— Снял. Он потом ещё обиделся, что я лестницу убрал.
Они опять засмеялись. Марина отпила кофе. Ей было интересно, что Олег расскажет дальше. Он тоже взял чашку.
Через некоторое время Олег спросил, любит ли она кино. Марина рассказала про фильм, который они с Леной смотрели на даче. Потом до часу ночи спорили, зачем героиня вернулась к мужу. Лена считала, что та его всё ещё любит, а Марине казалось, что она просто испугалась остаться одна.
— Понятно, — сказал Олег.
И посмотрел в окно. На улице мужчина пытался сложить мокрый зонт, а ветер всё выворачивал его обратно.
Так за кофе вышло несколько раз. Олег охотно отвечал, когда Марина спрашивала. Стоило ей замолчать, и разговор затихал. Если спрашивал он, то, выслушав её, обычно говорил «ясно» или «понятно», словно ставил точку. С Леной Марина могла полчаса просидеть молча на крыльце. Тут ей каждый раз становилось неловко. Она уже успела спросить, как он пришёл в такси и тяжело ли ездить по ночам. Теперь вот думала, как бы заговорить про зонт.
На улице Олег предложил в следующий раз заехать к нему. Он обещал приготовить рыбу, которую привёз от родителей. По тому, как он на неё посмотрел, Марина поняла, что понравилась ему. На секунду даже представила, как соглашается. А потом подумала, что после ужина они сядут рядом и ей опять придётся придумывать, о чём заговорить.
— Спасибо, Олег. Я подумаю.
Он немного помолчал. Марине показалось, что он понял.
— Ты напиши, как домой доберёшься, ладно?
Дома она сняла мокрые ботинки и написала Олегу, что добралась. Он пожелал ей спокойной ночи.
Перед сном Марина снова открыла анкету. Ей хотелось, чтобы и после кофе было о чём поговорить. Чтобы мужчина мог рассказать про что-то своё, а она потом по дороге домой всё ещё об этом думала. Как это напишешь в анкете? Она поставила курсор в конце и добавила «Высшее образование обязательно».
Наутро ей написал мужчина, с которым она до этого перекинулась парой сообщений.
«Диплом на свидание нести или скана хватит?»
Она начала отвечать «Дело вообще не в дипломе». Посмотрела на свою анкету и стёрла ответ.
Через несколько дней Марина уже машинально прокручивала анкеты до графы «Образование». Если высшего не было, листала дальше. Иногда даже фотографию толком не успевала рассмотреть.
Как-то вечером пришло сообщение.
«Привет. Как дела?»
Отправителя звали Сергей. Марина открыла профиль. Среднее специальное. Ну вот.
Она вспомнила мужчину, который спросил, куда она собирается в пятницу, а узнав цену билета, написал, что ей, видимо, деньги девать некуда. Ещё и смеющийся смайлик поставил. Марина тогда зачем-то объяснила, что давно хотела на этот концерт. Потом весь вечер злилась, что вообще стала перед ним оправдываться.
Сергею она ответила, пока грела ужин. Написала, что только с работы и что полдня искала ошибку в расчёте, потому что открыла старый чертёж.
«Я сегодня полчаса искал винтик, который уже вкрутил».
Марина засмеялась. Оказалось, Сергей ремонтирует часы. На столе у него стояли два почти одинаковых механизма, и он перепутал, с каким уже закончил. Потом у Марины закипел чайник, а Лена прислала голосовое на четыре минуты. Сергею она ответила на следующий день. Он ещё писал, она отвечала, когда было настроение. А по вечерам продолжала смотреть анкеты.
Андрею Марина написала сама. На фотографии он стоял у воды в расстёгнутой куртке, щурился от солнца, и волосы у него смешно торчали на ветру. Ей понравилось его лицо. Она спросила, где это снято.
На турбазе, куда он ездил уже несколько лет. В первый раз заблудился там на прогулочной тропе и вернулся на попутке, хотя друзьям потом сказал, что прошёл весь маршрут. Марине понравилось, что он сам над этим смеётся. Он много где бывал и, когда она обмолвилась, что давно хочет на Алтай, рассказал, где ему самому хотелось бы остановиться подольше.
У Андрея было два высших образования. Он работал химиком-технологом, давно развёлся, играл в теннис и по вечерам готовил себе обед на работу. На третий день предложил встретиться. Марина, пока собиралась, дважды переоделась и поймала себя на том, что давно так не ждала свидания.
За кофе выяснилось, что Андрей видел тот самый спектакль, из-за которого они с Леной заспорили по дороге к метро. Он подарил маме билеты на день рождения. Она давно никуда не выбиралась, и он пошёл с ней. Сам Андрей в театр ходил редко, но финал запомнил и тут же спросил, с чего Марина взяла, что героиня ещё вернётся.
После кафе он предложил подвезти её. Марина сказала, что ей удобнее на метро, и Андрей пошёл её проводить. У светофора сказал, что она ему понравилась. Она ответила, что он ей тоже, взяла его под руку и предложила пройти ещё квартал.
Наутро Марина улыбнулась, когда увидела от него сообщение. Ей ещё хотелось с ним столько всего обсудить. И снова пройтись вот так, под руку. Андрей обещал, что в следующий раз они сходят на спектакль, который она давно хотела посмотреть. Марина даже открыла схему зала и прикинула, откуда им будет хорошо видно.
День они выбирали больше недели. Наконец нашлись билеты на дневной спектакль в воскресенье. Вечером у Андрея была тренировка. Он сдвинул её на полчаса и написал, что теперь всё получается. Марина спросила, смогут ли они после спектакля где-нибудь посидеть. Оказалось, с учётом дороги до корта у них будет минут двадцать. Совсем отменить тренировку Андрей не мог, он уже договорился с партнёром. Марина сказала, что тогда лучше в другой раз, и закрыла вкладку с билетами.
Через пару дней он предложил ей поехать на ту самую турбазу. На фотографии были мостки, сосны и вода у самого домика. Марина сразу захотела туда. Спросила, смогут ли они утром вдвоём сходить к озеру. Андрей объяснил, что в восемь у них выход всей группой. Он давно собирался пройти этот маршрут целиком. Если ей не хочется на подъём, пусть поспит, сходит к воде, а к обеду он вернётся.
Она снова посмотрела на фотографию. Ей хотелось оказаться на этих мостках с ним. Услышать, как он покажет, где тогда свернул не туда, посидеть рядом, пока кофе не остынет. А теперь она представила, как он уходит с группой, а она сидит на берегу одна и поглядывает на часы. Скоро ли вернётся? Успеют ли они хоть куда-нибудь сходить вдвоём до отъезда?
Андрей и правда хотел её увидеть. Даже тренировку передвинул. Марине стало жаль того вечера, когда они прошли лишний квартал просто потому, что обоим хотелось побыть вместе ещё немного. Теперь она заранее знала, в котором часу он уйдёт и когда его ждать.
Она поблагодарила Андрея за приглашение и сказала, что на турбазу не поедет. Ради утра с кофе в одиночестве ей и из города выбираться не хотелось.
В тот вечер Марина открыла свою анкету. Увидела «Высшее образование обязательно» и усмехнулась. У Андрея их было два. И она ведь действительно ему обрадовалась. Кто бы мог подумать, что после того вечера у светофора они так и не найдут времени выпить чаю. Марина стёрла строчку и сохранила анкету.
На сайт она ещё заходила по вечерам. Иногда отвечала Сергею, тому самому, который полчаса искал уже вкрученный винтик. Он как-то прислал фотографию старых настенных часов. Женщина принесла их ему в пакете из-под хлеба и попросила восстановить бой. У её матери эти часы висели на кухне. Когда они били семь, мама звала её ужинать.
«Надо же, кому-то хочется, чтобы часы снова били, — ответила Марина. — У меня когда-то были часы с кукушкой. Иногда мне хотелось эту кукушку прибить».
Всю неделю Андрей больше не писал. Марина пару раз открывала их переписку. Можно было самой позвать его куда-нибудь, но она уже представляла, как они снова начнут прикидывать, когда у него теннис и сколько времени останется после. Закрывала чат. Даже писать расхотелось.
Да и на сайте знакомств ей уже надоело. Второй вечер подряд попадались одни и те же лица. Марина пролистала ещё несколько анкет и убрала телефон в карман. Всё, приедет домой и удалит свою. Ей уже было всё равно, кто там дальше, как он выглядит и сколько у него образований.
Тут телефон в кармане завибрировал. Снова Сергей. Он время от времени писал ей про людей, которые приносили ему часы. Марина на такие сообщения обычно отвечала парой слов, а он всё равно с каким-то упорством возвращался к своим историям. Вот и сейчас начал так, будто они только что об этом говорили.
«Помните женщину, которая принесла часы в пакете из-под хлеба? Хотела, чтобы они били как у мамы на кухне. Сегодня пришла за ними. Минут за десять до семи».
Марина удивилась. Она уже успела забыть про эти часы. Последнее, что она ему написала, было про кукушку, которую хотелось прибить. Она открыла сообщение целиком.
«Ей под восемьдесят. Я подвинул кресло к столу, а она попросила поставить его чуть дальше. Сказала, что на кухне у мамы часы висели у двери и она всегда слышала их с другого конца комнаты.
Села, положила перчатки на колени. Я предложил чаю. Она подняла палец, даже головы ко мне не повернула. И я, взрослый человек у себя в мастерской, сел и стал ждать вместе с ней. Как в театре, когда свет уже погас, а занавес ещё не подняли.
После третьего удара она тихо сказала “Они”. И только когда отзвучал седьмой, повернулась ко мне.
“А теперь можно и чаю. Если ваше предложение ещё в силе”».
На словах про поднятый палец Марина улыбнулась. Так ясно увидела эту даму с перчатками на коленях, что на секунду оторвалась от экрана, будто тоже ждала седьмого удара. Потом представила Сергея за рабочим столом. Вот он отставляет чашку и садится ждать вместе с хозяйкой.
До этого Марина отвечала ему, когда было настроение, и, закрыв переписку, обычно о нём забывала. А теперь ей даже захотелось увидеть его за этим столом. Интересно, улыбнулся ли он, когда дама наконец разрешила налить ей чаю? Вечером Марина снова открыла сообщение и поймала себя на том, что с удовольствием послушала бы, как он сам это рассказывает.
В четверг Сергей написал, что в субботу открывается небольшая выставка. Для этой выставки он восстановил старые театральные часы.
«Вы как-то говорили, что любите театр. Может, вы эти часы уже видели на сцене. Хотите, сходим вместе? Я вам их покажу. Хотя мне любопытно, узнаете ли вы их сами».
Марина уже собралась спросить, в каком театре стояли эти часы, но передумала.
«А давайте, — написала она. — Где встречаемся?»
В субботу Сергей ждал у входа с двумя билетами. Увидел Марину и улыбнулся. На фотографии у него было серьёзное лицо, а в жизни, когда он улыбался, у него появлялся такой обаятельный прищур.
Они быстро перешли на «ты». У первой витрины Сергей рассказал про будильник, который его владелец ставил в кастрюлю, чтобы разбудить сына. Когда сын вырос и съехал, забрал будильник с собой.
— Как думаешь, кастрюлю тоже забрал?
Марина сказала, что кастрюлю ему наверняка выдали другую, полегче, а в старой отец ещё варил суп. И сама удивилась, как легко подхватила эту историю.
Мимо театральных часов Марина сначала прошла, потом вернулась. Узнала стеклянную дверцу с маленьким сколом в углу. На сцене женщина открывала её посреди разговора, и Марина весь следующий монолог ждала, когда же часы пробьют. Они так и не пробили.
— Вот это точность, — сказал Сергей. — Ты даже скол из зала разглядела?
Марина призналась, что сидела близко к сцене. Брала билет в последний момент и потом весь первый акт боялась чихнуть. Сергей спросил, чихнула ли. Она сказала, что дождалась аплодисментов. Он рассмеялся, а потом посмотрел на неё и сказал, что у неё, оказывается, две ямочки на щеках. Марина машинально коснулась щеки. Ей стало приятно, и прятать улыбку совсем не захотелось.
Они дошли до комнаты, где на стену проецировали светлый прямоугольник. Он медленно полз по стене, как солнечный свет от окна. Напротив стояла скамейка. Марина села, Сергей сел рядом. Пока свет добирался до угла, мимо них прошли несколько человек. Они так и сидели молча.
Потом Марина повернулась к Сергею. Он тоже повернулся и чуть подался к ней, словно собирался что-то сказать.
— У тебя есть ещё время? — спросила она.
— Есть.
— Тогда пойдём. Я тут недалеко знаю одно место.