— А почему ты не в новой рубашке? — спросила Софья.
Алексей посмотрел на себя. На нём была синяя, своя. Он успел погладить её перед выходом, хотя дважды собирался надеть футболку.
— Я эту люблю.
— Лёш, ну ту хотя бы примерил?
— Примерил. Спасибо тебе. Хорошая рубашка.
— Вот и носи. Тебе нужны цвета поинтереснее.
Она расправила ему воротник и поцеловала. От неё пахло морозным воздухом и чем-то тёплым, пряным. Алексей обнял её, и разговор о рубашке закончился.
Ему нравилось, как она входила в кафе: быстро, сразу находя его глазами. Нравилось, что она радовалась встрече без долгого выяснения, достаточно ли он успел соскучиться. Нравилось, что рядом с ней вечер редко заканчивался там, где начинался.
В прошлый раз они пошли за хлебом к ужину, а вернулись с маленькой ёлкой в горшке. Софья увидела её у цветочного магазина и сказала, что такой унылый ноябрь надо как-то прекращать.
Ёлку поставили у него на подоконнике.
Софья знала, как лучше
Ей было сорок пять. Три месяца назад она развелась, хотя разъехались они с мужем ещё весной. Дочь работала и снимала квартиру с подругой. Сын учился в другом городе.
Софья руководила учебным центром. Если преподаватель заболевал утром перед занятием, она находила замену, успокаивала группу и к обеду уже выясняла, почему в новой программе два разных курса проходят в одной аудитории.
Ей нравилось, когда после её вмешательства всё получалось.
Дома она действовала примерно так же. Покупала билеты, выбирала гостиницы, помнила, кому продлить страховку и у кого заканчивается срок действия паспорта. Когда дети выросли, продолжала присылать дочери подходящие вакансии, а сыну — варианты стажировок.
— Мам, я сейчас работу не ищу, — напоминала дочь.
— Так я и не говорю, что надо уходить. Просто посмотри. Очень хорошее предложение.
Бывший муж однажды попросил её больше не записывать его на стрижку.
Софья удивилась:
— Ты же сам забудешь.
— Ну, значит, какое-то время похожу лохматый.
Она до сих пор считала это странным способом доказать самостоятельность.
На сайте знакомств Алексей ответил ей в тот же вечер. Ему было сорок девять. Он работал аналитиком в компании, которая сопровождала учётные программы на базе 1С: разбирался с запросами пользователей и составлял задания для программистов.
За день он мог поговорить с пятью бухгалтерами, каждая из которых точно знала, как должна работать нужная ей кнопка. Иногда после разговора выяснялось, что кнопка вообще не нужна. Нужен отчёт.
Он умел слушать энергичных людей. Не пугался быстрых вопросов и не обижался, когда его перебивали словами «нет, вы сначала поймите».
Софья оказалась ещё и очень смешливой. Читала много, легко подхватывала разговор, могла вспомнить нужную фамилию актёра, пока он всё ещё описывал лицо и показывал рукой непонятную причёску.
Первую встречу предложила сама:
— Лёша, мы уже третий вечер обсуждаем, где в городе вкусные завтраки. Может, проверим хотя бы один?
Алексей согласился с удовольствием.
За завтраком она спросила, что он любит делать в выходные. Он рассказал про бассейн, старые фильмы и прогулки без особого маршрута.
— Без маршрута — это хорошо, — сказала Софья. — Но я всё-таки пару мест предложу.
Предложила четыре. В два из них они потом действительно сходили.
Алексей возвращался домой довольный. С этой женщиной ничего не приходилось вытягивать по слову. Она была заинтересована, хотела встречаться и не делала из этого тайны.
«Я случайно увидела»
Рубашку Софья подарила через три недели.
У Алексея в тот день не было ни дня рождения, ни другого повода. Она принесла пакет, достала коробку и сказала, что случайно увидела.
В коробке лежала рубашка в крупную бордовую клетку. Ткань была мягкая, пуговицы красивые, размер подошёл.
— Ты в своих синих всё время одинаковый, — объяснила Софья. — А в этой будешь совсем другой.
Алексею пока нравилось быть собой, но подарок был дорогой и явно выбран с удовольствием. Он поблагодарил, примерил и позволил ей сфотографировать себя возле шкафа.
Софья осталась довольна.
Через неделю появился джемпер.
— Ты говорил, что у вас на работе прохладно.
Он действительно говорил. Ему даже стало тепло от того, что она запомнила.
Только джемпер был с высоким воротом.
— Сонь, я такие не очень люблю. Мне ворот давит.
— Этот мягкий. Ты попробуй. Я специально состав посмотрела.
Алексей попробовал. Ворот всё равно мешал.
Он аккуратно сложил джемпер и убрал на полку. Софья заметила его там через несколько дней.
— Совсем не носишь?
— Я же говорил про ворот.
— Его можно отвернуть.
Она достала джемпер и показала, как именно.
Алексей посмотрел на её руки. Ему хотелось взять их, притянуть её к себе, спросить, останется ли она на ужин. Но сначала требовалось ещё раз обсудить его шею.
— Мне так неудобно, Сонь.
— Ты просто не привык.
Он не нашёл, что на это ответить.
Термос оказался следующим.
Очень хороший. Тяжёлый, стального цвета, с удобной крышкой и обещанием сохранять кофе горячим столько часов, сколько Алексей обычно проводил на работе.
— Будешь брать с собой. И на прогулки. А то всё покупаешь в этих стаканчиках.
— Мне нравится заходить за кофе по дороге.
— Так никто не запрещает. Но теперь у тебя будет свой.
Софья уже разобралась, как его мыть, и объяснила, почему нельзя наливать до самого верха.
В субботу Алексей встретил её с бумажным стаканчиком.
Она посмотрела на стаканчик, потом на него.
— Лёш, я тебе зачем термос покупала?
— Сонь, у меня дома тоже есть кофе. Я вышел погулять и захотел капучино.
— Ну да. Понятно.
Они пошли вдоль канала. Софья отвечала коротко, и Алексей в конце концов спросил, обиделась ли она.
— Мне просто хочется, чтобы тебе было хорошо. А получается, всё не так.
Он остановился.
— Мне с тобой хорошо.
Софья посмотрела на него, и он поцеловал её прямо возле ограды. Потом они долго стояли, мешая прохожим, пока какой-то мужчина не попросил дать ему пройти к собственной собаке.
После этого день наладился.
Термос остался дома.
Хорошая женщина, которая старается
Алексей тоже хотел её радовать.
Однажды Софья рассказала про книгу, которую в детстве читал ей отец. Помнила рисунок на обложке и смешной случай из середины, а название забыла.
Алексей нашёл книгу. Не сразу: сначала прислал две неправильные обложки и получил от Софьи подробное описание того, как у нарисованного медведя были завязаны штаны.
Нужное издание оказалось в букинистическом магазине. С потёртым корешком и чужой фамилией на первом развороте.
Когда он принёс его, Софья вдруг замолчала. Села прямо в прихожей на банкетку и стала листать.
— Вот он, — сказала она. — Смотри. Я же тебе говорила про эти штаны.
Алексей присел рядом.
Она нашла ещё одну картинку, засмеялась, потом прижалась к его плечу.
Она радовалась подарку и его вниманию, но немного смущалась — словно не заслужила такого отношения.
Поэтому, когда Софья снова спросила про рубашку, он не захотел портить вечер спором.
— Надену, — сказал он.
И действительно надел. В пятницу, на ужин у неё.
Софья открыла дверь и улыбнулась:
— Вот! Совсем другое дело. Подожди, я тебе рукава поправлю.
Он стоял в прихожей, пока она подворачивала манжеты, и думал: надо было сразу сказать, что рубашка ему не нравится.
Четыре дня, о которых он не знал
Новый год Алексей предложил встретить вместе.
Они уже полтора месяца виделись по выходным и иногда оставались друг у друга. До праздника было ещё время. Ему хотелось договориться заранее, чтобы Софья тоже могла решить, как ей удобнее.
— Давай тридцать первого вместе? — спросил он за ужином. — Саша с Леной зовут к себе. Там человек восемь будет. Или можем вдвоём остаться. А первого погуляем, куда-нибудь сходим.
Софья положила вилку.
— Я знала, что ты предложишь.
— Это хорошо?
— Очень. У меня для тебя сюрприз.
Она потянулась за телефоном.
На экране был стеклянный домик среди заснеженных сосен. Внутри горели лампочки, лежал плед, за большим окном виднелось озеро.
— Карелия. Глэмпинг. С тридцать первого по третье. Четыре дня. Я забронировала последний свободный домик.
Алексей посмотрел на фотографию.
— Ты уже забронировала?
— Да! Там новогодняя программа, баня, лыжи. Очень красивое место. Я всё изучила.
Она пролистала ещё несколько снимков.
— Здесь ужин. А вот лыжня. Утром можно выйти прямо от домика. Прокат есть, я узнала.
— Сонь, подожди.
— Что?
— Я не собирался на четыре дня уезжать.
Она посмотрела на него с искренним удивлением.
— Но ты же сам сказал: вместе.
— Новый год вместе.
— Ну так мы его вместе и встретим.
Софья снова повернула к нему телефон. Там в темноте светился тот же домик.
— Посмотри, какая красота. Тебе надо отдохнуть. Ты всё время за компьютером.
— Я хотел в праздники побыть дома. Выспаться. С друзьями встретиться.
— Ты и так дома бываешь. А тут сосны, воздух. Когда ты последний раз на лыжах стоял?
— Давно. И сейчас не собирался.
— Лёша, ну нельзя же всё время жить по привычке.
Он отодвинул тарелку.
Софья вдруг перестала улыбаться.
— Я хотела сделать тебе приятное.
— Я понимаю.
— Нет, по-моему, не понимаешь. Я искала, сравнивала. Там уже почти ничего не осталось. Можно было подождать, пока мы с тобой обсудим, и вообще никуда не попасть.
— А мы хотели куда-то попасть?
— Ты сейчас серьёзно?
— Да.
Она положила телефон экраном вниз.
— Другой бы обрадовался, что за него подумали.
Алексей помолчал.
— Сонь, а ты меня-то видишь?
— В смысле?
— Вот я тебе говорю, что хочу. А ты объясняешь, почему мне надо хотеть другого.
— Потому что ты даже не попробовал!
— Рубашку я попробовал. Джемпер тоже. Про ворот тебе сказал. Ты показала, как его подвернуть.
— Господи, да при чём тут джемпер?
— Я в нём ходить не хочу. А ты всё ещё думаешь, что я просто неправильно надеваю.
Софья встала и понесла тарелки к раковине.
Обычно, когда она начинала убирать со стола, Алексей поднимался помогать. Сейчас остался сидеть.
Она вернулась за его чашкой.
— То есть тебе от меня вообще ничего не надо?
— Надо. Я хочу с тобой встречаться. Хочу вместе встретить Новый год. Мы поэтому сейчас и разговариваем.
— Очень похоже.
— Сонь, мне нравишься ты. Мне не обязательно всё время получать от тебя что-нибудь полезное.
Она держала чашку обеими руками.
— Я никому ничего не навязываю.
Алексей посмотрел на неё. Потом на рубашку, которую надел к ужину.
Софья тоже посмотрела.
— Ты мог её не надевать, — сказала она уже тише.
— Мог. Я решил, тебе будет приятно.
— А сейчас тебе, значит, неприятно?
— Сейчас я думаю, как нам дальше встречаться. Мне ведь тоже хочется тебя чем-то порадовать. Куда-то позвать. А оказывается, ты уже всё придумала, и мой вариант не нужен.
Она поставила чашку.
На столе между ними лежал телефон с фотографиями домика.
— Давай на сегодня закончим, — сказал Алексей. — А про праздник поговорим потом. Если ты тоже захочешь.
Они попрощались в прихожей. Софья закрыла за ним дверь и вернулась на кухню.
Последний свободный домик
Софья собиралась сразу написать ему, что ей тоже нужно подумать.
Открыла переписку. Прочитала его последнее сообщение: «Купил ту книгу. У медведя штаны на месте».
Выше была её фотография ёлки на его подоконнике. Ещё выше — ссылка на рубашку и её собственное: «Я тебе такую уже взяла».
Она отложила телефон.
Потом всё-таки открыла страницу глэмпинга.
Бронь пока можно было отменить без потерь. Софья перечитала условия, хотя и раньше их знала. Посмотрела фотографии. Домик ей очень нравился. Она давно хотела зимой пожить возле леса, просыпаться с видом на сосны, выйти утром на лыжах.
Когда они с Алексеем стали встречаться, сразу подумала: вот с ним и поеду.
Теперь надо было выяснить, поедет ли он.
Софья нашла ещё один вариант. Не на четыре дня, на два. Поближе. Вполне можно было уговорить человека на два дня.
Она уже собиралась переслать ссылку и остановилась.
Минуту сидела с телефоном в руке. Потом закрыла страницу.
Алексей написал на следующий вечер:
«Как ты?»
Софья ответила, что сердится. Он написал, что понимает.
Ей захотелось объяснить, как много она делает для близких и как редко кто-нибудь это замечает. Начала писать. Получилось длинно.
Стёрла.
Вместо этого спросила:
«Ты завтра сможешь со мной увидеться?»
Они договорились на субботу.
Сначала спросить
Алексей пришёл в своей синей рубашке.
Софья заметила её сразу. Он тоже заметил, что она заметила. Они немного неловко поцеловались и сели.
— Я бронь отменила, — сказала она.
— Ты сама хотела туда поехать?
— Да. Очень.
Алексей кивнул.
— Почему ты мне так и не сказала?
— Как это не сказала? Я тебе двадцать фотографий показала.
— Ты сказала, что мне надо отдохнуть.
Она отвела глаза к окну.
— Ладно. Я хотела туда с тобой. Давно ни с кем не ездила просто так, чтобы нам хорошо было. Нашла это место и обрадовалась. Ну и забронировала.
— Мне приятно, что ты со мной захотела.
— Только ехать ты не захотел.
— На четыре дня с готовой программой — нет. И на лыжах я кататься не хочу.
Софья вздохнула.
— Это я уже запомнила.
Подошла официантка.
— Нам два капучино, — начала Софья и остановилась. — Лёш, ты что будешь?
— Чёрный кофе. И сырники.
— А я хотела тебе посоветовать...
Она замолчала. Алексей ждал.
— Тут ещё тост с ростбифом хороший, — закончила Софья. — Если захочешь.
Он посмотрел меню.
— Спасибо. Сегодня сырники.
Официантка записала заказ и ушла.
Софья взглянула вслед официантке.
— Знаешь, я ведь правда думала, что тебе повезло. Встретил женщину, которая сама всё может.
— Мне и повезло.
Она подняла на него глаза.
— Просто я тоже кое-что могу, Сонь.
— Например?
— Придумать, как нам провести тридцать первое.
Софья уже хотела сказать, что у друзей надо заранее узнать меню и сколько человек останется ночевать. Вместо этого убрала руки со стола и откинулась на спинку стула.
— Ладно. Я слушаю.
Алексей улыбнулся.
— Только я ещё ничего не бронировал.
— Тогда рассказывай скорее, — сказала Софья. — Пока я тоже.
🎯